В Екатеринбурге возрождается традиция проведения политклубов

В ситуации, когда «парламент — не место для дискуссий», а добрая половина граждан не доверяют выборам, людям требуется отдушина, чтобы высказать свое мнение и самостоятельно попытаться найти пути решения той или иной проблемы. Неудивительно, что образовавшиеся в столице Среднего Урала по инициативе «снизу» площадки для диспутов становятся все более популярными.

Мировая тенденция или наш ляп?

Сегодня в столице Среднего Урала действуют несколько площадок — и одна из них находится в подвальном заведении Дома кино. В минувшую среду темой для диспута были выбраны злободневные экстремизм и национализм. Ну а как же: Манежная площадь, Сагра, рост опасных настроений в обществе. Модератором дискуссии выступил известный политолог Константин Киселев. Приглашенными гостями стали юрист Василий Федорович, (несколько раз выступавший адвокатом на судебных процессах против скинхедов), поэт и публицист Михаил Бабин (видимо, как представитель интеллигенции) и фанат «Спартака» Кирилл (по всей видимости, как дань моде после Манежки). Говорили, что должен подойти экс-депутат от КПРФ, но он так и не пришел, а его сотовый телефон, по словам Киселева, был вне зоны доступа. Так что начали без него.

— Есть две причины межнациональной напряженности во всем мире, - задал тон диалогу Федорович. - Первое: раньше народы жили раздельно, а сейчас, в эпоху глобализации расстояния стали не помехой, поэтому этносы смешались. Во-вторых, после Второй мировой войны началась пресловутая политика мультикультуризма, когда такое понятие, как нация, стало стираться. Но новые отношения никак изначально не были отрегулированы, поэтому включился механизм саморегуляции, при котором конфликты неизбежны. К тому же приезжие, в основной своей массе — выходцы из обществ, находящихся на стадии самого настоящего средневековья.

— Культура приезжих имеет огромное значение, - включился в беседу Михаил Бабин. - Я еще не встречал человека, которого бы раздражали, например, датчане или французы.

 — Притеснение титульной нации - это осознанная политика государства, которая проводится, начиная с распада Советского Союза, - заявил фанат Кирилл (свою фамилию он так и не назвал). - В результате сегодня перед законом не все равны, и главным образом, по этническому признаку.

Вообще спартаковский болельщик не отличался особой активностью и запомнился только тем, что рассказал, что побывал в «кадыровском Грозном». Зато два остальных спикера на радость собравшимся и Константину Киселеву «отжигали», что называется, по-полной.

Что такое — хорошо?

— Вообще, кто сказал, что национализм - это плохо? - заявил Василий Федорович. - Любовь к своей нации - это как любовь к своей семье: я хочу, чтобы она процветала, чтобы у моих близких все было хорошо. При этом никто не призывает вырезать семью соседей. Вот что такое национализм. А когда кричат о расстрелах и печах по национальному признаку - это мерзкий шовинизм. Не надо путать эти понятия.

Такое определение нашло поддержку у политолога-модератора, который заявил, что, да, национализм - это не значит плохо.

— К сожалению, сегодня у нашего государства нет рецептов решения проблемы межэтнических отношений, - констатировал Константин Киселев. - Поэтому проще всего обвинить во всех бедах плохих журналистов, которые в погоне за сенсациями разжигают рознь на ровном месте.

— Пока никто не чувствует себя кем-то ущемленным, никакого национализма не появляется, - попытался объяснить причину явления Михаил Бабин. - Но у наших «гостей» налицо эпилептоидное поведение. Они пытаются захватить жизненное пространство, исходя из реакции на это. Если есть отпор — отходят и успокаиваются, если сопротивления нет — продолжают вести агрессивно.

— А вообще возможно мультикультурное общество? - задала вопрос из зала девушка-блондинка.

— Нет! - уверенно ответил публицист.

 — Главное условие этого: соблюдение абсолютно всеми общих правил сосуществования, - поделился рецептом Василий Федорович. - В немецких концлагерях для пленных красноармейцев охрана постоянно пыталась стравить заключенных по национальному принципу, но это ей не удавалось. У всех были одни условия жизни, да плюс ко всему, был фактор общего врага - пулеметчики на вышках. Есть хорошие примеры внутренней политики, например в Швейцарии, Японии и Израиле. Они не допускают массовой миграции на свою территорию, а тем, кто все-таки оказался в стране, диктуют жесткие условия, которые не позволяют приезжим даже малейшим образом затронуть права местного населения.

К оружию, братья?

— И что же нам в итоге делать? — задал риторический вопрос Константин Киселев.

— Вооружаться! — призвал Михаил Бабин. — В нынешней ситуации иного выхода я не вижу. Таким образом, я буду способствовать появлению зачатков демократии (публицист, видимо, подразумевал Бенджамина Франклина, считавшего демократию договоренностью о совместном проживании свободных вооруженных людей, - прим. ред.).

— Если общественные отношения не регулируются государством, люди делают это сами, — повторил свою мысль Василий Федорович. — Уличные банды скинхедов — это как раз такая попытка, своего рода реакция на раздражитель, это как повышение температуры при болезни. Главное, что требуется сегодня — это политическая воля, пусть даже идущая в разрез с законом. Например, сегодня нельзя отказать от приема в органы МВД по национальному признаку. В результате власть во многих райотделах принадлежит кланам из аулов, что в современном правовом государстве просто недопустимо. С этим надо бороться, но при слабой федеральной власти и боящихся за свои кресла местных чиновников, мне это не представляется возможным.

Собственно на этом все и закончилось — никакой совместной декларации или иного обращения участники диспута не выработали, да и не собирались.

— На самом деле это хорошо, что происходят такие встречи, хотелось, чтобы их было больше, — считает президент Института развития и модернизации общественных связей Федор Крашенинников. — Одно дело, когда люди «бунтуют» в одиночку в Интернете, и совсем другое, когда они видят единомышленников и благодаря этому могут почувствовать себя реальной силой.

Правда, куда будет применена эта сила — сегодня прогнозировать сложно. Те же якобинцы или наци тоже начинали с дискуссий в питейных заведениях.

---

Справка

В конце XVIII столетия в парижском кабачке напротив собора святого Якоба собиралась группа яростно жестикулирующих и постоянно спорящих молодых людей, что вызывало смешки у горожан. Но прошло немного времени, и якобинцы так громко и кроваво заявили о себе, что их имя надолго стало нарицательным для радикальных революционеров.

В России традиция открытых дискуссий получила бурное развитие после Гражданской войны. Дебаты шли настолько яростные, что дело доходило до мордобоя и стрельбы. В начале 30-х были даже зафиксированы случаи, когда троцкисты кидали в окна заседающим сталинистам самодельные взрывные устройства. В итоге затянувшийся диалог между партийцами был жестко пресечен «отцом народов». Следующий всплеск политических диспутов произошел во времена перестройки, что стало не последней причиной развала СССР — окрыленные спорами «революционеры» поддержали демонтаж «Империи Зла».